Такие Дела

Навязанный бой

Александр Аристов

Графики бойцов карате составляют так, чтобы к самому ответственному соревнованию сезона они были на пике формы. Сначала спортсмены наращивают мышцы — много занимаются в тренажерном зале, потом усиленно дерутся, а затем, перед чемпионатом, затишье. К главному в своей жизни соревнованию — чемпионату Японии по карате — Александр Аристов был готов лучше, чем когда бы то ни было. Тем ярче контраст между крепким парнем в кимоно на фото и Александром, которого я вижу перед собой.

— У меня за неделю — фух! Вся форма, все мясо, что нарастил, — все ушло сразу, выжгло, — спортсмен, немного картавя, описывает эффект от первой химиотерапии, после которой он потерял четырнадцать килограммов, но тут же добавляет: — Ничего страшного. Не самая худшая из бед.

Двадцатитрехлетний Саша похож на подростка. Вздернутый нос и светло-зеленые глаза, кажется, делают лицо еще моложе. Небольшого роста (165 сантиметров), на голове мягкий светлый пушок.

— Болячки нет, — объясняет он по-свойски. Александр успешно прошел четыре курса химиотерапии. И пока неясно, «вылезет болячка» снова или нет.

Стоял. Не падал

В прихожей меня встречает разложенное на тумбочке кимоно. Это форма младшего брата, говорит Татьяна Юрьевна, миниатюрная женщина с таким же разрезом светлых глаз, как у ее сына Саши. Теперь карате в этой квартире — семейный спорт.

Александр пошел на первое занятие в девять лет. Мальчик любил носиться по двору, прыгать по гаражам, и мама решила направить его энергию в другое русло. В какое именно, долго не думала. Татьяна Юрьевна с детства обожала карате, любила фильм «Кровавый спорт» с Жан-Клодом Ван Даммом, да еще и Саша всегда был самым мелким и скромным среди сверстников: сам не мог даже купить что-нибудь в ларьке. Аристов говорит, что, наверное, просто не привык общаться. До шести лет семья жила в деревне, где дружить мальчику было не с кем. Мать решила, что нужно научить сына постоять за себя.

Первый год дело шло со скрипом. Щуплому Саше в поединках вечно доставалось, так что ходить на тренировки он не хотел. Папа говорил: раз не хочет, то и заставлять не надо, но Татьяна Юрьевна стояла на своем.

— Иной раз сидим с друзьями и вспоминаем. Говорят: «Ты помнишь, как ребенка своего выкидывала буквально в коридор?» Он одевался, можно сказать, на площадке. Одевался, обувался и шел. Он опаздывал, а на карате же опаздывать нельзя. Без разговоров в зал заходишь и начинаешь отжиматься.

Татьяне Юрьевне кажется, что переломный момент наступил после соревнований, на которых Саша получил еще сильнее, чем обычно.

— Рома (тренер Александра. — Прим. ТД) подошел, говорит, он столько ударов вытерпел, но судьям даже не показал, что ему больно. Говорит, ему в солнечное сплетение попали, но он устоял на ногах. Скорее всего, Саша себя после этого сломал и пошел заниматься дальше, — рассказывает Аристова.

После этого боя тренер решил включить Сашу в сборную Хабаровского края.

Неудобный противник

Важное условие победы в карате — подобрать под каждого противника тактику боя, а потом держаться выбранной линии и навязывать свой бой. Тот, в которым ты раскроешься лучшим образом.

Аристов с детства начал выигрывать чемпионаты России и Европы, хотя противники всегда пытались использовать против Александра его маленький вес — затолкать.

— Когда здесь, в Хабаровске, проходил чемпионат России в 2014 году, ему только восемнадцать исполнилось. У него категория была «мужчины до семидесяти». Сашка был пятьдесят три килограмма. Он был самый легкий, но при этом, как питбуль на медведя, на всех прыгал, — рассказывает друг Александра каратист Тимур Ким.


Главный тренер сборной Хабаровского края по карате, он же, как говорят каратисты, «сенсей» Аристова, Роман Семченко думает, что именно необходимость постоянно драться с бойцами значительно больше «сформировала его дух». Александр научился быть для соперников выше и тяжелее неудобным противником.

— В него очень сложно попасть. Маневрирует на ногах. Очень хорошо врезается, может через центр прорезать. Это у нас так называется. То есть, грубо говоря, все битье [идет] через центр и продавливание соперника через центр, — рассказывает Семченко.

— Он близко подходит, много бьет и это делает без остановки. Для этого нужно очень много сил, — оценивает соперника Алим Юнусов, серебряный призер чемпионата мира и один из сильнейших легковесов, с которым Аристов встретился в этом году в финале чемпионата Японии.

Выиграть чемпионат Японии по карате было мечтой Александра Аристова с детства. Для легковеса это почти невыполнимая задача: слишком высока конкуренция со стороны японских бойцов, которые чаще всего сражаются именно в категории до семидесяти килограммов. 

— Можно сказать, это самый сильный чемпионат, — объясняет Юнусов. — Просто по статусу чемпионат мира выше. Но, если по бойцам брать и по боям, сколько у нас проходит, Япония — это выше чемпионата мира.

За тридцать шесть лет турниров выиграть чемпионат удалось только одному иностранцу-легковесу — тренеру Александра. Аристов объясняет мне, что в карате тренер не просто тренер, а учитель, который воспитывает с детства. И с детства Александр хотел выиграть, как и «сенсей». 


На своем первом чемпионате Японии в 2016 году никакого места он занять не смог. На следующий год стал третьим, потом опустился на ступень ниже. 

Каждый раз возвращался домой разбитым: на фотографиях видно, что кимоно спортсмена в крови. Драться приходилось «кость в кость»

В прошлом году спортсмен поехал на соревнования снова. В первый день чемпионата Аристов провел два боя, во второй — пять. Спортсмен вспоминает: «Японцы настолько разнообразны, на самом деле. Один стоит, постоянно тебя прессингует. Другой двигается. Третий в голову много бьет, постоянно ногами крутит. Четвертый, наоборот, только руками сильно бьет. Постоянно разная техника. И под каждого надо подстроиться».

В финальном поединке с Юнусовым он смог применить еще одну свою сильную сторону — чувство дистанции. Более высокому противнику, чтобы нанести удар, нужно больше пространства. Аристов, по словам Алима Юнусова, этого пространства ему не давал: «Он хорошо подготовился и правильно подошел к бою. Постоянно находился рядом, близко, чтобы я ничего не мог сделать».

В Хабаровске родители ждали итогов чемпионата. «Сказать: радость, что он выиграл… Это вообще ничего. Наверное, это не скажешь, не расскажешь, этот всплеск всех эмоций. Вся жизнь сразу перед глазами: как он был маленький, как ты его заставляла идти на карате, и сейчас он у меня уже большой, и он взял свою мечту», — вспоминает тот день Татьяна Аристова.

Александр Аристов на чемпионате ЯпонииФото: из личного архива А.Аристова

Еще два дня после известия о победе сына к ним приходили друзья, и вместе они праздновали и плакали от радости.

Терпеть

Александр победил девять месяцев назад, но теперь это будто событие из другой жизни. После возвращения с чемпионата у спортсмена поднялась температура, кости ломило, стало больно смотреть на свет. Близкие, да и он сам, думали, что скоро все пройдет, просто организм после соревнований ослаб. Но лучше не становилось. Тогда спортсмен по рекомендациям друзей и родственников сдал анализ крови. На оглашение результата он пошел вместе со своей девушкой Лизой Мищенко.

— В больнице сидим. Говорят, лейкоз. Он: «Ну пойдемте лечиться». Я сижу в таком шоке, у меня слезы, слюни, сопли. А он: «Ну бывает. Ну пойдемте», — вспоминает Лиза.

О диагнозе — остром лейкозе — Лиза написала матери спортсмена сообщение в WhatsApp, потому что говорить просто не могла. Для Татьяны Юрьевны заболевание сына оказалось страшным вдвойне, потому что три года назад от одной из его форм умерла одиннадцатилетняя дочь подруги. На то, чтобы взять себя в руки, ушло около месяца.

Александр в описании своих переживаний лаконичен: два дня подумал и решил, что страдать не будет. Раз, по словам врачей, шансы выздороветь высоки, начнет спокойно лечиться, попутно утешая родных. Острый лейкоз развивается стремительно, поэтому парня сразу же положили в краевой клинический центр онкологии. После того как во время первой химиотерапии у него выпали волосы, спортсмен прислал матери свою фотографию с подписью: «Мама, смотри, я родился!»

Александр и ЛизаФото: из личного архива А.Аристова

— Я говорю: «Саша, ты когда родился даже, у тебя таких волос не было!» Он родился с копной. То есть не было этого пушка и ежика. Мы потом ходили с Лизой, смеялись, Лунтиком его называли, — вспоминает Татьяна Аристова.

Во время лечения, стоило девушке выйти за порог больницы, спортсмен успевал что-нибудь учудить: то никому не скажет про температуру в 41 градус, то пойдет пешком на восьмой этаж, хотя врачи наказали ездить только на лифте, то ночью упадет в обморок по дороге в туалет, очнется и снова, никому ничего не сказав, пойдет в палату.

— Это спортивная закалка! — Аристов смеется на замечания Лизы, а чуть позже объясняет уже подробно: — В спорте ты постоянно терпишь. Постоянно терпишь. Тебя постоянно бьют, вот это все… это больно, это неприятно. Постоянно заставляешь переламывать себя. 

Александр, как и всегда, терпел. Просто нечто новое.

Семья киокусинкай

Как лечить сына, семья решала вместе с тренером и друзьями-каратистами. Есть вероятность, что после химиотерапии из-за рецидива спортсмену понадобится пересадка костного мозга. В Хабаровске таких операций не делают, только на западе страны. Совместно семья и спортсмены приняли решение отправить Аристова на операцию в другую сторону — в Южную Корею. 

Каратисты, по словам тренера Александра, получив одобрение президента Федерации киокусинкай России, начали сбор денег. В организации сильна взаимовыручка: если каратисты или члены их семей тяжело больны, им принято помогать. Новость о болезни Аристова появилась на официальном сайте федерации. Средства на лечение собирали на мероприятиях в разных городах. Например, в Хабаровске организовали благотворительный концерт для помощи Александру и еще одному бойцу с Дальнего Востока, тоже страдающему от заболевания крови, на Камчатке пожертвовать средства можно было на открытой тренировке в честь основателя киокусинкай Масутацу Оямы.

По словам тренера Романа Семченко, за поддержкой обратились и к представителям федераций других стран. Деньги для Аристова идут даже из Франции, Китая, Японии и Испании. Например, в Барселоне для сбора средств продавали браслеты солидарности с Александром в борьбе с болезнью.

— К Сане мы в данном случае относимся как к своему. Как к своему ребенку, другу, товарищу, — говорит Семченко.

— У нас есть это киокусиновское: все друг за друга, все друг другу помогают, как семья. Одна большая, всемирная причем, семья. То есть все помогали. Все откликнулись. Тут еще сыграло то, что «имя» есть. Не дрался бы, не было бы этого всего, — спокойно рассуждает Аристов.

После успешной химиотерапии в Хабаровске каратист прошел обследование в Корее. Пока он сдает анализы каждый месяц и ждет, не проявится ли болезнь снова.

Семпай Саня

Александр думает, что на соревнования больше не вернется. Несколько лет уйдет только на то, чтобы восстановить форму, а там уже пора задуматься о семье. В карате не предусмотрены выплаты за победы, поэтому параллельно с тренировками и выступлениями нужно еще и работать. Сейчас Аристов тренирует маленьких спортсменов. 

В конце ноября мы вместе заходим в раздевалку спортивного клуба. На Аристове плотная серая маска. Врачи пока не разрешают ему долго находиться в одном помещении с большим количеством детей. Старшая группа ждет начала занятия. Родители поджидают, когда закончится тренировка у детей помладше. 

Взрослые сразу засыпают вопросами, как самочувствие, придет ли Саша на посвящение, не хочет ли он с Лизой зайти в гости. По словам девушки, когда Аристов лежал в больнице, семьи его учеников часто приезжали к нему в гости, подвозили Лизу в онкоцентр, завозили лекарства. А на день рождения сделали тренеру сюрприз: пришли все вместе в больницу и поздравили его.

Дети сначала с недоверием косятся на похудевшего тренера, чье лицо наполовину закрыто маской. Из их группки, собравшейся в углу, слышен шепот: «Семпай Аристов!», «Семпай Саня здесь!».

Младшая группа оказывается смелее, а может, сказывается то, что мы по пути в раздевалку заглянули к ним на занятие. Дети подходят к тренеру, разводят согнутые в локтях руки со сжатыми кулаками и говорят: «Ос!» Это приветственный жест. Кто-то добавляет к этому еще «Семпай Саня», некоторые выглядят серьезно и по-боевому, другие просто радуются и улыбаются. Девочка с косичками говорит тренеру: «Нам говорили, что вас не будет два месяца, а вас не было намного дольше!» 

Каратист говорит, что со временем эмоции от собственных побед притупляются, но победы учеников — другое дело: «Когда дерутся они, гораздо тяжелее. Я бы лучше сам вышел подрался, никаких проблем. Когда ты за них переживаешь, ничего не можешь сделать, когда ты только им подсказываешь, за них-то ты не можешь выйти сделать, переживаешь гораздо больше! Гораздо больше эмоций испытываешь. Когда они побеждают, гораздо больше радости». 

В новом году врачи разрешили спортсмену тренировать детей в прежнем темпе — почти каждый день. Пока он только не берет обратно свои группы в детских садах. И сам не тренируется.

Аристов, рассуждая о своих боях, заключает, что осуществил мечту. Красиво завершил карьеру в Японии, ведь в спорте важно вовремя уйти. Осталось вылечиться красиво.

Exit mobile version