Такие Дела

Поставь на менопаузу: скрытый потенциал запретной темы

Менопауза

В медицинских справочниках написано, что менопауза — это «окончательное прекращение менструальных циклов у женщин, после чего они больше не могут иметь детей». За этим скупым определением кроется множество проблем и вопросов, включая экзистенциальные. Меняется тело женщины, меняется то, как она воспринимает себя и как ее воспринимают другие люди. Измениться может абсолютно все: социальная роль, статус, карьера, круг общения. При этом проверенной информации о менопаузе в открытом доступе мало, говорить о ней публично не принято, и многие женщины приходят к этому переломному для себя моменту неподготовленными.

Освобождение или проклятие

В одном из эпизодов популярного британского сериала «Дрянь» (Fleabag) зрелая героиня знаменитой британской актрисы Кристин Скотт Томас пьет мартини с 33-летней героиней Фиби Уоллер-Бридж. В ходе откровенного разговора она заявляет: «Чертова менопауза — самая потрясающая вещь в мире. Да, твое тазовое дно идет вразнос, тебя бросает в жар, а всем плевать. Но потом наступает свобода! Ты больше не рабыня, не машина. Ты личность, и ты в деле… Поначалу это ужас, а потом — великолепно. То, чего стоит ждать». Увы, позитивный взгляд на менопаузу как на освобождение разделяют далеко не все женщины. Универсальность и менопауза вообще рядом «не ходят». Это касается даже физиологических сторон климакса.

Считается, что самые распространенные симптомы менопаузы — приливы жара, которые длятся от нескольких секунд до десяти минут и вызывают дрожь, потливость, покраснения кожи. Кроме того, у женщины может нарушиться сон, случаются перепады настроения, многие жалуются на сухость во влагалище. Но и сами симптомы, и их восприятие порой различаются кардинально. В начале 1990-х в работе «Cтолкновение со старением: мифология менопаузы в Японии и Северной Америке» канадский антрополог Маргарет Лок продемонстрировала, что женщины разных культур описывают симптомы совершенно по-разному.

Историей отношения к менструальному циклу в советской и постсоветской России занимается кандидат исторических наук, старший преподаватель НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге Павел Васильев. Он вместе со своими студентами проводил многочисленные интервью, расспрашивая женщин о личном опыте, в том числе связанном с менопаузой. Васильев отмечает, что менструация постепенно перестает быть запретной темой: на Западе ее дестигматизация уже произошла, а теперь вокруг месячных даже наметился некоторый ажиотаж. А вот с менопаузой все гораздо сложнее, хотя отношение к ней напрямую зависит от отношения к менструации.

«Если ты воспринимаешь месячные как проклятие, то без них тебя ждет новый счастливый мир, в котором ты освободилась, отмучилась, отработала, у тебя начинается светлое будущее. Но это не единственная и даже, возможно, не самая популярная рамка, через которую можно увидеть менопаузу, — рассказывает Павел Васильев. — Некоторые женщины говорили, что для них менопауза связана с тревогами и страхами. Если месячные воспринимаются как важный признак женственности и здоровья в целом, то менопауза — это некая проблема. Репродуктивная функция утрачивается, а для многих женщин это важнейшая часть самоидентификации». Интересно, что женщины, рожавшие и нерожавшие, часто одинаково тревожно воспринимают потерю репродуктивной способности.

Самые распространенные страхи, названные респондентками в интервью: больше не испытать оргазм и набрать вес. По наблюдениям ученого, многие женщины в этот период не столько задаются философскими вопросами, сколько пытаются прояснить конкретные вещи, узнать, возможно ли с помощью медицинских технологий что-то изменить в своем самочувствии, продлить цикл или смягчить течение менопаузы. «В современную эпоху с помощью медицинских технологий мы можем оптимизировать свои тела и ощущения. Это характерно для ХХ-ХХI веков: если что-то не так, наверняка есть таблетка, которая все исправит», — говорит Васильев.

Секс-блогер Татьяна Никонова признается: «Я считаю себя довольно знающим человеком, но бывает, узнаю о менопаузе что-то новое, к чему оказываюсь не готова. Практически все, что мне встречается на русском о менопаузе, — это то, что необходима заместительная гормональная терапия, хотя я считаю, что это личный выбор и это должны решать конкретные женщины с конкретным врачом в зависимости от анамнеза, образа жизни женщины, ее желаний. Складывается ощущение, что появляется новый стандарт: женщина должна оставаться молодой максимальное количество времени. Но я в этом не уверена, не уверена, что в проявлениях пожилого возраста и менопаузы есть что-то плохое. Никакого универсального стандарта здесь быть не может».

Менопауза в словах

Менопауза — это то же, что и климакс, но иногда ее описывают не через медицинские термины, а через эвфемизмы. Например, говорят «приливы», называя один из самых распространенных симптомов. Не обходится и без образности. В переводе с греческого климакс — это «лестница», и иногда, описывая этот период, женщины называют его «сложной ступенью».

Увы, есть в русском языке и обидное слово «климактеричка». Как отмечает Павел Васильев, «гормональный язык» стал широко использоваться для выражения негативных эмоций, пренебрежения к женщинам в 1990-е и 2000-е годы, но сначала в связи с ПМС — предменструальным синдромом. Негативное восприятие ПМС постепенно уходит в прошлое, да и слово «климактеричка» тоже. Например, Гугл выдает по этому запросу чуть больше 4 тысяч результатов, и многие из них — разъяснения, кого и почему так называют. Увы, настороженное или пренебрежительное отношение к женщинам, переживающим менопаузу, все еще распространено, в том числе и в рабочих отношениях.

«Идите в музей»

В августе 2019 года компания MediaCom провела исследование проблем дискриминации по возрасту в России. В фокус-группы входили женщины и мужчины в возрасте 47-60 лет, работающие или желающие работать, находящиеся в поиске работы. «Проблема эйджизма (дискриминации по возрасту) широко распространена в России и воспринимается очень болезненно, — рассказывает Наталия Балута, директор департамента знаний и управления ростом бизнеса компании MediaCom Moscow. — Для людей старше 45 лет проблема дискриминации является, возможно, основной, это первая ассоциация, о которой они начинают говорить, когда их спрашивают, с чем связан возраст 45 плюс. Сталкиваются они с дискриминацией в разных формах, в разных сферах жизни: на работе, в бытовом общении, в социальной сфере (более низкая зарплата, пренебрежение, бытовое хамство в общественном транспорте, в поликлинике и т. д.). Многие респонденты даже воспринимают дискриминацию философски: так как в этом возрасте она случается со всеми, начинают считать, что это нормально».

Иллюстрация: Ксения Стойлик для ТД

Вот несколько пронзительных фраз, сказанных участницами исследования:

«Мне термин зрелый возраст вообще не нравится, — как хранилище какое-то. Мы же не овощи».

«Мне обидно, когда я прихожу к врачу, а мне говорят: “А что вы хотите в вашем возрасте?” Я хочу в своем возрасте быть здоровой и счастливой».

«Когда оформляла “пенсию по старости”, это режет ухо. Какая старость? 55 лет — я считаю, что это расцвет».

«Я вижу разочарование моим видом у работодателя, будто не на работу человека себе берет, а в койку тащит. Что, надо всех женщин подбирать, как манекенщиц? Я уже унижена, что меня как специалиста не рассматривают. А еще и это, что я “старая”. Я ухожу вдвойне убитая, я уже всё, ноль».

«На собеседовании, когда я озвучила свой возраст, руководитель даже не стал дожидаться моих рассказов о работе. Он сказал: “Идите в музей”. Я вышла, у меня был шок».

Исследование, проведенное MediaCom, выявило, что бренды и бизнес, которые начнут активно обсуждать и предлагать решения в этой области, имеют шансы на горячую поддержку, интерес и лояльность со стороны широкой аудитории. Но с такими брендами и бизнесом в России пока напряженно.

Возраст мастерства

«Сложность поиска работы соискателями старшего возраста в России не подлежит сомнению. Кроме того, считается, что эйджизм в России моложе, чем, к примеру, в западноевропейских странах: с проблемами в поиске работы и отказами по причине возраста люди начинают сталкиваться уже после 45, а ведь это возраст мастерства, пик опыта и взросления личности. Очевидно, что проблема системная и требуются масштабные изменения в общественном сознании, чтобы отношение к возрасту в России начало меняться. Исследования показывают, что локальные подвижки происходят: компании, заботящиеся о своем HR-бренде, которым важно быть социально ответственными, проводят политику отсутствия дискриминации по возрасту», — говорит Наталия Анфёрова, консультант по карьерному и профессиональному развитию. Она выделяет основные стереотипы, которые есть у работодателей в отношении соискательниц и соискателей в возрасте 45 плюс: якобы люди по достижении этого возраста становятся менее гибкими, не хотят обучаться, недостаточно ориентируются в современных технологиях, не смогут сработаться с молодым начальством, слишком квалифицированы, физически менее выносливы, хуже мотивированы и безынициативны.

Чтобы поменьше сталкиваться с этими предрассудками и скорее найти работу, Анфёрова рекомендует расширить список каналов поиска: кроме работных сайтов, использовать соцсети и телеграм-каналы, наконец, преодолев стеснение, активизировать налаженные контакты и связи. Главное — не попасться в замкнутый круг: «Если вы женщина 45-50 плюс и слышите, что поиск работы с каждым годом затрудняется, то предполагаете, что у вас нет шансов получить желаемую вакансию. Поэтому вы начинаете снижать требования, идти на компромиссы, откликаться на вакансии, которые вам менее интересны, в менее престижные компании, лишь бы взяли. Там вы окажетесь недостаточно мотивированы, не будете стремиться развивать свои навыки и, возможно, подтвердите стереотипы работодателя, который, в свою очередь, будет продолжать транслировать стереотипы, связанные с возрастом и полом».

На собеседовании, чтобы оно прошло успешно, важно приводить примеры рабочих ситуаций, когда необходимо было быстро сориентироваться и изменить привычный паттерн поведения или внедрить какой-то новый процесс, упомянуть об учебе, посещении профессиональных конференций, взаимодействии с профессиональным сообществом, о своих технических навыках, готовности выступать в роли наставника для младших сотрудников, умении соблюдать чужие границы и, конечно, обо всех прошлых достижениях. Кроме того, по мнению Наталии Анфёровой, важно поддерживать позитивные стереотипы, которые сформированы у работодателей и которые во многом являются перевертышами их страхов, например заинтересованность в долгосрочном сотрудничестве, более ответственный подход к работе, чем у молодых сотрудников.

Только по-английски

В России заботу о соискательницах и сотрудницах в менопаузе работодатели проявлять не спешат. Пока наиболее прогрессивно в этом плане выглядят британские организации. Недавно международная телекоммуникационная компания Vodafone проинтервьюировала более 5 тысяч своих сотрудниц в Великобритании, Германии, Испании, Италии и ЮАР и выяснила: треть женщин, испытывающих неприятные симптомы в связи с менопаузой, скрывают свое состояние от коллег. Многие считают, что разговор об этом может только навредить карьере. Во всех странах, где проводился опрос, более 40% женщин признались, что стесняются обращаться за помощью в связи с менопаузой.
Тем не менее все больше работодателей начинают поддерживать женщин, переживающих неприятные симптомы менопаузы — приливы, тревожность, усталость. Та же Vodafone проводила масштабный опрос не просто так: 15 тысяч из 100 тысяч ее сотрудниц сейчас находятся в менопаузе, и в компании обещали их поддерживать. Есть и другие примеры: британский телеканал Channel 4 объявил, что будет проявлять гибкость в отношении рабочих договоренностей и, если потребуется, выделять женщинам определенного возраста спокойные и прохладные рабочие помещения.

Иллюстрация: Ксения Стойлик для ТД

В то же самое время Британская медицинская ассоциация (BMA) обнаружила, что многие женщины-доктора во время менопаузы сокращают рабочие часы, переходят на хуже оплачиваемые должности или вовсе выходят на пенсию в связи с сексизмом и эйджизмом. Об этом подробно писала The Guardian. Более 90% из 2 тысяч опрошенных BMA женщин признались, что испытывают симптомы менопаузы на работе, но две трети сказали, что не могут сделать ничего, чтобы облегчить свою профессиональную жизнь на этом фоне. Больше половины хотели обсудить свои симптомы и обратиться за поддержкой, но постеснялись. Многих остановил страх, что их поднимут на смех как начальники, так и коллеги. Звучали также страхи, что поднимать эту тему и добиваться перемен опасно: это только усугубит гендерное неравенство на работе, с которым женщины уже столкнулись. Также некоторые женщины боятся, что, если обнаружат свои проблемы, их будут воспринимать как попросту непригодных для работы. Только 16% респонденток решились на разговор с начальством.

Сейчас в Великобритании более 30 тысяч женщин-докторов в возрасте от 45 до 55 лет. И их будет становиться только больше: 60 процентов студентов-медиков — девушки. В министерстве здоровья и социального обслуживания Великобритании уже заявили, что здоровье и благополучие медицинских сотрудников и социальных работников находится в абсолютном приоритете, поэтому важно создать безопасную и поддерживающую среду для всех. Похоже, что опрос женщин-медиков, переживающих менопаузу, может привести к положительным переменам.

Британские специалисты даже разработали специальное приложение для женщин в менопаузе — Peppy. Health. С его помощью можно получать персональные консультации, пройти образовательный курс, читать статьи по теме. Отдельные опции предусмотрены для работодателей, желающих поддержать сотрудниц. Увы, все это пока только на английском языке. Российские разработчики делать приложения для женщин в менопаузе не торопятся.

Интересное сообщество

Руководитель проекта «Активное долголетие» фонда «Добрый город Петербург» Екатерина Усанина занимается программами для «старших». Так в проекте называют людей от 50 лет, слов «пенсионеры» и «пожилые» тут не используют. «Мы занимаемся созданием сообществ и условий, в которых люди старшего возраста могут реализоваться, — рассказывает Екатерина. — Часто люди думают, что могут найти единомышленников, близких по духу только на работе. Выходя на пенсию или переезжая в другой город, они ищут работу как средство социализации. Мы создаем возможность для людей прийти и заниматься тем, что им нравится. Что это будет, решаем вместе с ними. Мы готовы поддерживать их инициативы. Многие приходят на мероприятия, знакомятся, понимают, что у них есть какие-то общие интересы, сходят вместе в театр или в бассейн, а потом создают свое сообщество».

Самые яркие сообщества, возникшие благодаря поддержке «Активного долголетия», — танцевальный коллектив «Гореловские бабушки», который не только активно выступает, но и записывает видео для ТикТока, и «Полянка», объединяющая тех, кому ближе разные виды прикладного творчества. Недавно, чтобы поддержать подобные проекты, фонд «Добрый город Петербург» провел всероссийский грантовый конкурс «Старшие». В нем смогли принять участие инициативные группы от двух человек.

«К нам обращаются даже люди до 50 лет, и мы им не отказываем, всех берем. Если они приходят, значит, им интересно», — говорит Екатерина Усанина.

Впереди еще целая жизнь

Один из важнейших проектов «Активного долголетия» — «Старшие онлайн», в рамках которого регулярно проходят лекции и прямые эфиры со спикерами проекта. Среди них — психолог Ольга Александрова. «Один из самых главных стереотипов связан с тем, что 50 лет — это старость, — говорит она. — Изменить его сейчас, мне кажется, пока нереально. Думаю, это изменится только поколения через два. Еще совсем недавно в советском государстве в 55 лет все строго выходили на пенсию и шли на дачу или к внукам. Раньше говорили: “Поздравляю вас с выходом на пенсию!” Человек ждал этого праздника: тебе подарят торт, букет цветов и отправят на “заслуженный отдых”. Я от многих слышала: “Выйду на пенсию, буду отдыхать”. Следующее поколение, наверно, будет смотреть на это по-другому, все-таки у нас впереди еще о-го-го сколько лет: может быть, 40-50, да даже если 30 лет, — это целая жизнь, чем ее занять? У тех, кто ставил перед собой типичные социальные цели — купить в ипотеку квартиру, обустроить ее, накопить на дачу — начинается растерянность. Некоторые уходят во внуков, сидят с ними, подтягивают по всем предметам. Кто-то уезжает на дачу — цветочки, овощи. Кто-то находит хобби — вышивание, вязание, кто-то занимается волонтерством».

Иллюстрация: Ксения Стойлик для ТД

Ольга Александрова называет период менопаузы переходным возрастом и отмечает, что наиболее плодотворный этап после него наступает у тех, кто смог поставить перед собой новые цели, у кого появилась возможность вкладывать ресурсы в себя, в собственное развитие. Но многим женщинам делать это мешают мифы о старении: «Считается, что если тебе 50, то нельзя в третий или четвертый раз выходить замуж, не положено надевать какие-то определенные украшения и одежду. Мир очень здорово меняется, но перемены быстрее происходят в мегаполисах, а в маленьких городах все друг на дружку смотрят, оценивают… В 50 с хвостиком женщина более трепетно относится к близким связям, становится чувствительна к тому, что ей сказали, как на нее посмотрели, достаточно ли она хорошо выглядит, зарабатывает. Ранимость возрастает на порядок. Не все женщины могут это проговаривать, многие загоняют внутрь».

Реализоваться в полной мере женщинам, достигшим менопаузы и вышедшим на пенсию, зачастую мешают и экономические причины. По данным отдела аналитики фонда «Нужна помощь», 18% людей на пенсии говорят о том, что денег им не хватает даже на еду или на одежду и оплату ЖКХ. При этом на работу, как мы уже говорили, людей начиная с 45 лет берут неохотно.

Однако оставлять их без поддержки как минимум недальновидно: за последние пять лет население России в возрасте старше 55 лет увеличилось более чем на 2 миллиона человек — с 40 886 973 человек (27,9% от всего населения страны) в 2015 году до 43 248 980 человек (29,5% от всего населения) в 2019 году. И женщины в старших возрастных группах доминируют.

Очень хочется верить, что однажды и в России женщины, подобно героине Кристин Скотт Томас, смогут, попивая мартини, заявить, что менопауза — это лучший период в жизни.

Exit mobile version