Такие Дела

«Слушай, со мной такое было»: как устроены региональные кризисные центры для женщин

Консультация психолога и юриста в Нижегородском женском кризисном центре

К Международному дню борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин волонтеры центра «Насилию.нет»Некоммерческая организация, выполняющая функции иностранного агента   пообщались со 185 кризисными центрами по всей России, чтобы оценить качество помощи и стиль общения с пострадавшими. Среди лучших, по мнению волонтеров, оказались три региональные организации — в Волгодонске, Томске и Нижнем Новгороде. «Такие дела» связались с представителями этих центров, чтобы узнать, как устроена их работа и какую помощь они оказывают пострадавшим.

«Мы работаем только в Москве и проводим только очные консультации, — объясняет заместительница директора центра “Насилию.нет” Диана Барсегян. — Однако к нам часто обращаются люди из других городов. Именно поэтому на сайте центра есть карта помощи, которой мы регулярно пользуемся, чтобы направить человека в нужное место. Конечно, нам хотелось бы быть уверенными в том, что место, куда мы направляем людей, проводит работу на должном уровне: в риторике сотрудников нет виктимблейминга, помощь оказывается абсолютно всем женщинам, в том числе с ВИЧ-положительным статусом и ЛГБТ. Еще один момент, на который мы обращали внимание, — отсутствие семейной терапии для пострадавших. В случае ситуации насилия действия, направленные на примирение, кажутся нам ужасно вредными. Несколько кризисных центров, с которыми мы пообщались, отвечают всем этим требованиям. На самом деле таких центров больше, но мы решили отметить и подробнее рассказать именно об этих трех».

О кризисных центрах

Отдел помощи женщинам, оказавшимся в кризисной ситуации, в Томске отмечает десятилетиеФото: предоставлено Отделом помощи женщинам, оказавшимся в кризисной ситуации, в Томске

Все три центра работают уже более десяти лет. Их создали в ответ на критическую ситуацию с домашним насилием в регионах. Так, в 2010 году участницы общественного движения «Женский голос» предоставили мэру Томска собственное исследование на эту тему. «Тот факт, что каждая четвертая женщина Томска подвергалась домашнему насилию, потряс мэра», — рассказывает начальник Отдела помощи женщинам, пострадавшим от домашнего насилия, Наталья Богданова. Тогда и решили создать при уже функционирующем в городе центре отдел для оказания помощи женщинам. Всего за это время отдел провел более 10 тысяч консультаций. При этом за последние несколько лет количество обращений от детей выросло в два раза. На рост показателей, скорее всего, повлияла социально-экономическая ситуация в стране, считает Богданова.

Нижегородский женский кризисный центр существует с 2003 года, и за это время к его сотрудникам обратились 15 тысяч женщин. Региональный ресурсный центр «Здоровая семья» в Волгодонске был основан в 2007 году и помог более 3000 обратившимся за помощью.

Какую помощь оказывают центры

«Самыми первыми направлениями нашей работы стали профилактика насилия на ранней стадии, реабилитация женщин и детей, пострадавших от насилия, и налаживание межведомственного реагирования, — объясняет учредитель регионального ресурсного центра “Здоровая семья” в Волгодонске Ольга Гришина. — Последние три года мы также занимаемся помощью мужчинам-обидчикам: консультируем, направляем их на занятия к коллегам в онлайн-группы. Женщины, пострадавшие от насилия, проходят реабилитацию в нашем центре, а мужчин мы направляем к другим специалистам, чтобы они не пересекались. Однако если речь идет о физическом или сексуальном насилии, то никакой работы сотрудники центра вести с такими мужчинами не будут».

«В случае домашнего насилия мы никогда не проводим семейную терапию, это исключено, — такая же позиция у заместительницы председателя Нижегородского женского кризисного центра Елены Благовой. — Иногда, достаточно редко, звонят мужчины, которые слышали о программах снижения агрессии. У нас был мужчина-обидчик, который занимался с отдельным психологом и пытался склонить наших специалистов на свою сторону. Мы сразу поняли, что он говорит неправду, и закончили с ним работу».

Своей первоочередной задачей каждый из центров называет обеспечение безопасности женщин и детей, пострадавших от насилия. «Мы четко понимаем, что такое домашнее насилие и конфликт, — говорит Благова. — Мы понимаем, что женщина, которая останется один на один с абьюзером, может попасть в беду, поэтому стараемся сразу же выставить юридические границы».

Юридическое сопровождение — одна из услуг, которая требуется многим обратившимся в кризисный центр женщинам. Сюда относятся сбор и подача документов, сопровождение в суде, помощь в решении спорных вопросов. Спрос на эту услугу только растет: «Если в прошлом году у нас было около шестнадцати сопровождений в суде, то на сегодняшний день их уже больше семидесяти, — констатирует Благова. — При этом за текущий год зафиксировано уже более трехсот обращений по различным юридическим вопросам». Часто помощь требуется беременным женщинам или женщинам с детьми. «Зачастую первое применение насилия мужчиной происходит в начале беременности, когда женщина полностью зависима от мужчины. Здесь нужна юридическая помощь, потому что женщина напугана, она не ощущает себя в безопасности», — рассказывает Ольга Гришина.

Группа поддержки в Нижегородском женском кризисном центреФото: Ося Ивасенко / предоставлено Нижегородским женским кризисным центром

Также помощь в центрах оказывают психологи и психиатры. Речь идет как о разовых консультациях, так и о длительной системной поддержке. Наталья Богданова рассказывает, что период реабилитации у женщины, пострадавшей от насилия, может занимать до трех лет. Все это время она имеет возможность заниматься с психологом в центре бесплатно. Ольга Гришина из Волгодонска отмечает, что за последние пять лет резко возросло количество женщин с тяжелой депрессией: «Если женщина давно живет в ситуации семейного насилия, скорее всего, она находится в состоянии депрессии. Решиться на обращение за помощью и дальнейшие действия в такой ситуации сложно, ведь на это нужен ресурс, — объясняет Гришина. — Мы составляем план оказания помощи, при необходимости подключаем к работе психиатров».

В кризисных центрах работают специалисты по социальной работе. Они сопровождают женщину при получении пособий, обращении в центры социальной поддержки, оказывают содействие в трудоустройстве.

Некоторые центры предоставляют онлайн-консультации. Например, «Здоровая семья» в Волгодонске. «Оказалось, что записываются на них не только в связи с пандемией: часто онлайн-консультациями пользуются люди из деревень и сел, у которых не всегда есть возможность приехать в город. Благодаря онлайн-консультациям помощь таким людям стала доступнее».

Убежище

В безопасном убежище в Нижнем НовгородеФото: предоставлено Нижегородским женским кризисным центром

Убежище — место, где можно спрятать пострадавшую от насилия женщину, в том числе и с детьми, есть не у каждого центра. У Нижегородского центра есть квартира с зашифрованным адресом. Женщина в случае опасности может сначала заселиться сюда, а потом уже сдавать анализы. При заселении необходимо подписать документ о неразглашении адреса квартиры и договор, в котором указано, что нельзя портить имущество и приводить посторонних людей.

«Разглашать адрес категорически запрещено, — подтверждает общие для всех убежищ правила Наталья Богданова из Томска. — Если женщины нарушают эти правила, их приходится выселять. Вопрос конфиденциальности — это вопрос безопасности. Когда женщина убегает, муж часто обращается в полицию. И если полиция приходит к нам, мы отвечаем по отработанной схеме: “Приезжайте, берите необходимые объяснения, чтобы закрыть свою работу”. Но где проживает женщина — такую информацию мы не разглашаем. Никаких встреч с абьюзером, этого не будет никогда».

С регламентом в зубах

В сентябре 2020 года томская областная комиссия по профилактике правонарушений приняла регламент межведомственного взаимодействия в сфере профилактики семейно-бытового насилия. «К сожалению, событие, которого мы ждали десять лет, закончилось для нас бумажкой, — жалуется Наталья Богданова. — Это мертвая, совершенно не работающая бумажка. Тем не менее я схватила этот регламент зубами и пошла с ним по всем субъектам. Теперь у нас хотя бы есть документ: “Ребята, вы в системе межведомственного взаимодействия. Мы помогаем в рамках своих полномочий, а вы, пожалуйста, помогайте в рамках своих”. И нас везде были вынуждены принимать. Мы побывали во всех четырех отделениях полиции Томска, пообщались с представителями всех четырех роддомов города, с перинатальным, наркологическим, психоневрологическим центрами — организации, где может в первую очередь оказаться женщина в кризисном состоянии, должны быть с нами на связи. В эту систему также входят образовательные учреждения: школы, техникумы, дошкольные организации. Мы подготовили новые раздаточные материалы, напомнили регламент взаимодействия и, конечно, обновили базу волонтеров — студентов, которые учатся в местных вузах на психологов, юристов и даже журналистов».

Тренинг психолога в ТомскеФото: предоставлено Отделом помощи женщинам, оказавшимся в кризисной ситуации, в Томске

Сотрудничество с региональными ведомствами и НКО удалось наладить и центру в Волгодонске. «Инициатором создания межведомственного реагирования на случай насилия в Волгодонске выступила “Здоровая семья” в 2007 году, — рассказывает Ольга Гришина. — Именно поэтому наша организация вошла в Общественный совет и стала членом Общественной палаты города. При администрации города образовали рабочую группу, куда вошли специалисты управления образования, отдела молодежной политики и общественных организаций города. Тогда же была создана модель реагирования на случаи домашнего насилия. Одной из задач этой модели было выявление детей, у которых в семье происходит домашнее насилие. Благодаря нашему центру в детской больнице появилась ставка детского психолога: известно, что первые признаки домашнего насилия иногда выявляются при попадании детей в больницы. Рабочая группа также проводит семинары в управлении образования, куда мы приглашаем психологов школ и детских садов. Мы рассказываем о признаках, по которым можно начать думать о том, что в семье по отношению к ребенку применяется насилие. Для нас очень важно, чтобы психологи школ проводили семинары для учителей. Бывает так, что нам звонят учителя: “У нас есть мальчик, и нам кажется, что по отношению к нему применяется насилие”. Уровень осведомленности в этой сфере стал, безусловно, выше».

В Нижегородской области действует коалиция «Вместе против насилия», объединяющая организации, работающие с этой проблемой. «В коалицию входят межрегиональные некоммерческие организации, — рассказывает Елена Благова. — Мы тесно сотрудничаем с уполномоченным по правам ребенка, уполномоченным по правам человека, министерством социальной политики, министерством внутренней политики. Мы вместе проводим значимые для области мероприятия и говорим о том, как важно предотвратить преступление в отсутствие закона о профилактике домашнего насилия. Мы боремся за то, чтобы сохранять жизнь детям и женщинам. К нам часто попадают женщины с дознания, из прокуратуры, органов опеки — это в том числе результат просветительской работы, которую мы ведем с правоохранительными органами и другими ведомствами».

Свои люди

Выездной семейный лагерь для женщин с детьми, находящихся в трудной жизненной ситуации, в ВолгодонскеФото: предоставлено центром «Здоровая семья»

«Мы ведем набор волонтеров и занимаемся их обучением, сотрудничаем с вузами Волгодонска, — рассказывает Ольга Гришина. — В какой-то момент стало понятно, что с подростками намного лучше работает принцип “равный — равному”. Есть студенты-волонтеры, которые прошли наши тренинги и помогают проводить занятия. Не так давно состоялся проект по социализации и реабилитации детей с ограниченными возможностями: среди детей этой группы также очень часто выявляется насилие».

«В Нижегородском кризисном центре мы привлекаем волонтеров, они распространяют нашу литературу и участвуют в мероприятиях, — говорит Елена Благова. — У нас также есть психолог, которая прошла весь этот путь сама и смогла выбраться из ситуации домашнего насилия. Сейчас она организует группы поддержки, которые пользуются огромной популярностью».

О важности сотрудничества с женщинами, которые когда-то сами обращались в кризисный центр и смогли пройти через все этапы борьбы с насилием самостоятельно, говорит и Ольга Гришина: «Если у женщины есть свой опыт выхода из ситуации домашнего насилия, она может прийти к нам в группу и рассказать о нем. Самое сложное — решиться уйти от обидчика. Женщины по два-три-четыре раза возвращаются в надежде, что что-то изменится. Очень важно, чтобы рядом был кто-то, кто скажет: “Слушай, со мной такое было”. Поддержка от женщин, которые это уже пережили, бесценна».

Борьба с выгоранием

«Иногда случается так, что мы не успеваем помочь, — делится переживаниями Наталья Богданова. — Недавно к нам обратилась молодая женщина, у которой муж — абьюзер с криминальным прошлым. В Томске он скрывался, чтобы избежать уголовной ответственности. В семье присутствовало психологическое, физическое и сексуальное насилие. Он хотел ее увезти к себе домой, в одну из кавказских республик. Она обратилась к нам, и по ряду признаков мы определили, что этот мужчина опасен, что он действительно может насильно вывезти ее из Томска с ребенком. Мы предложили ей переселиться с ребенком в убежище, и это ее напугало. Она пропала. Позже с нами связалась комиссия по делам несовершеннолетних с вопросом, не обращалась ли к нам эта женщина. Видимо, она решила пойти другим путем и, возможно, спряталась где-то у родственников. Существуют и другие ситуации, когда по прошествии примерно трех недель после начала работы с отделом женщина решает вернуться. Для специалистов, которые работают с такой женщиной, эти ситуации — всегда путь к выгоранию. Начинаешь прокручивать произошедшее в голове: “Может, что-то сделал не так? Вдруг где-то ошибся?” После такого мы стараемся собираться командой, проводить интервизии, делиться мнениями».

Собрание в Нижегородском женском кризисном центреФото: Ося Ивасенко / предоставлено Нижегородским женским кризисным центром

По словам Богдановой, в борьбе с выгоранием очень помогают встречи с коллегами из других организаций, на которых сотрудники делятся своими наработками. «У нас есть неформальные минутки, я очень поддерживаю в отделе этот дух. Вчера, например, был день психолога, я заказала красивый торт с надписями, мы сели, попили чай. И золотое правило — никогда за столом не говорить о клиентах. Только о себе. И еще традиция — поздравлять коллег с днем рождения».

Несмотря на то что опрос центра «Насилию.нет» показал, что не все региональные центры действуют корректно, заместительница директора Диана Барсегян отмечает положительную тенденцию: «Хорошо, что существует огромное сообщество людей, которые работают с проблемой домашнего насилия. Ситуация непростая, их ресурсы ограничены, но эти организации работают по международным стандартам и оказывают помощь всем, кто в ней нуждается. И это происходит вопреки, а не при поддержке. Даже государственные центры сталкиваются со множеством сложностей, но они все равно находят способ помогать людям. Путь предстоит долгий, но вектор правильный. Центру “Насилию.нет” в статусе инагента сложно наладить связи с государственными структурами, и это очень мешает нашей работе. Мы хотели бы быть интегрированы в систему, обращаться к полицейским участкам, социальным центрам. Пока что остается лишь налаживать горизонтальные связи, чтобы каждый сотрудник в любом городе знал, куда направить пострадавшую от насилия и какую помощь ей там могут оказать».

Exit mobile version