Такие Дела

«К вам претензий нет, но мужчина — это как бы ненормально». История приемного отца, которому опека не дает усыновить детей

Максим Иноземцев стал опекуном Алексея и Алисы четыре года назад. Мальчику тогда было 3,5 года, девочке — полтора. Максим мечтает дать детям свою фамилию, чтобы они чувствовали, что ничем не отличаются от других детей и у них на самом деле есть папа. Для этого Алексея и Алису нужно усыновить.

Сотрудники социальной защиты оказались против. Несмотря на все положительные характеристики, в усыновлении Максиму пока отказывают. По словам мужчины, неофициально ему объяснили, что дело в одном: кандидат — одинокий мужчина.

«Такие дела» разобрались в этой истории и узнали, что делать в подобных ситуациях.

Фото: Helena Lopes / Unsplash.com

«Поначалу трудностей не было»

Максим впервые задумался о том, чтобы стать приемным отцом, еще когда постоянно жил в Москве и был женат. Девять лет супруги пытались завести ребенка, делали ЭКО, но ничего не вышло. В итоге Максим предложил жене взять детей из детского дома.

Супруги три месяца посещали школу приемных родителей и заполняли документы. Затем они поехали в один из городов в Тамбовской области, где сотрудники опеки познакомили их с детьми — братом и сестрой Алексеем и Алисой.

Оформление документов заняло четыре месяца. Все это время Максим с женой старались как можно чаще навещать ребят, чтобы познакомиться получше. В конце концов дети стали называть супругов мамой и папой. Единственной сложностью, по словам Максима, была необходимость часто ездить в детдом за 400 километров от Москвы. «Мы ездили почти каждую неделю то вдвоем, то по очереди. А больше никаких трудностей не было», — рассказал он.

Биологических родителей детей тогда еще не лишили прав, поэтому Максим и его жена смогли оформить только опеку. Алексея и Алису перевезли в Москву и прописали в квартире мужчины, устроили в детский сад по государственной льготе. Позже биологические родители лишились прав, и усыновление стало возможным. Но жена Максима оказалась не готова воспитывать приемных детей. «Сказала, что она детей не полюбила: отдавай их обратно в детский дом, или я ухожу из семьи», — объяснил он.

Чтобы в школе не задавали вопросов

После развода Максим с детьми стал жить на два города: часть времени они проводят в Сочи, где мужчина построил трехэтажный гостевой дом для сдачи туристам, а часть — в Москве. «Дети любят играть, в бассейне купаться, в море, на детские площадки ходить, общаться с другими детьми, они очень гостеприимные», — рассказал он.

Алексею уже семь лет, в этом году он пойдет в первый класс, а через пару лет школьницей станет Алиса. По словам Максима, для него важно, чтобы дети ощущали, что у них действительно есть отец, и не чувствовали предвзятого отношения со стороны незнакомых людей.

«Когда Леша и Алиса вырастут и будут спрашивать, родной я им или не родной, я честно отвечу и все расскажу. Но сейчас я хочу, чтобы у них как можно дольше было чувство комфорта от того, что они наконец попали в семью. Для этого надо, чтобы в школе им не задавали вопрос, почему у нас разные фамилии», — объяснил он.

Чтобы дать детям свою фамилию, Максим должен их усыновить. Благодаря усыновлению дети также смогут стать полноправными наследниками мужчины, и «никто не скажет им, будто опекун взял их ради каких-то государственных выплат». Максим добавил:

«Я хочу в них вкладываться как в своих»

Без жены виноватый

Весной Иноземцев собрал весь необходимый пакет документов. Отсутствие судимости, пагубных привычек, тяжелых заболеваний, характеристика из детского сада, характеристика материального положения и жилищных условий, характеристика самой опеки, заключение психолога — все это было в полном порядке, но не убедило опеку. Сотрудники предупредили его, что в усыновлении будет отказано, еще когда принимали бумаги.

После официального отказа опекун связался с юристом из школы приемных родителей. По его запросу в опеке организовали повторное тестирование с новым психологом. Как и первый специалист, он подтвердил, что мужчина здоров и дети в порядке, но дело с места не сдвинулось.

По телефону Максима вновь предупредили, что он может принести психологическое заключение, но решение соцзащиты, скорее всего, не изменится.

«Я спросил: “У вас есть претензии ко мне лично?” Они ответили:  “нет, лично к вам претензий никаких нет, но мужчина — это как бы ненормально”»

Что говорит закон

Согласно статье 127 Семейного кодекса Российской Федерации, одинокий мужчина имеет такие же права на усыновление, как и женщина, вне зависимости от семейного положения, уточнил «Таким делам» партнер юридической компании Barton Илья Карташов. Разведенные матери и отцы не входят в число тех, кому запрещено усыновлять детей.

«Таким образом, негативное заключение органов опеки, основанное исключительно на гендерной принадлежности и семейном положении заявителя, немотивированно и законодательно необоснованно», — указал Карташов.

По закону, одинокие мужчины и женщины действительно имеют такие же права, как и состоящие в браке. Но на практике шансов стать усыновителями у них меньше, чем у семейных пар, считает юрист фонда «Измени одну жизнь» Мстислав Городиский.

«При этом у одиноких мужчин этих шансов еще меньше, чем у одиноких женщин. Точную статистику на этот счет найти непросто, одна из причин тому — существующий институт тайны усыновления. Однако дошедшие до широких масс истории несостоявшихся усыновителей-одиночек позволяют делать именно такие выводы», — отмечает юрист.

Чтобы решить, может ли человек усыновить, опека должна оценить его жилищно-бытовые условия, личные качества и мотивы, а также способность к воспитанию ребенка и отношения, сложившиеся между членами семьи заявителя. По сути, специалист принимает решение, исходя только из своего личного опыта, знаний и предубеждений, подчеркивает Городиский. Он уточнил:

«К одиноким мужчинам отношение еще более настороженное, поскольку принято считать, что воспитание детей – это сугубо женская миссия, и хороший отец-одиночка – это, скорее, исключение, чем правило»

 

По словам юриста, даже если у заявителя нет прямых противопоказаний для усыновления, ему могут отказать, мотивируя это тем, что риски принятия ребенка в семью «перевешивают» имеющиеся у кандидата ресурсы. Но отсутствие зарегистрированного брака не может быть основанием для принятия такого решения.

«Оценка способности кандидата принять ребенка в семью возможна только в совокупности с другими факторами: возраст и пол кандидата, возраст и пол детей, характер работы кандидата, занятость, обустроенность жилища, опыт воспитания детей, психологические особенности», — отметил Городиский.

Максим подал жалобу в опеку после полученного отказа. По регламенту, она рассматривается три недели. Мужчина ждет ответа и готовится подать заявление в суд. «Такие дела» отправили запрос в департамент труда и социальной защиты населения Москвы. На момент публикации официального ответа получено не было.

Юристы, которых опросили «Такие дела», сходятся во мнении: каждый случай, подобный случаю Максима, уникальный, и общих рекомендаций, что делать, нет. Однако они предлагают обжаловать отказ в усыновлении через суд.

Exit mobile version