Когда закончится больничный крокет

Фото: Андрей Любимов для ТД

Наталья — красивая высокая блондинка с голубыми глазами. Ее восьмилетняя дочь Настя — тоже высокая и красивая. И у нее есть диагноз — первичный иммунодефицит. Диагноз только предварительный — для уточненного необходимы генетические исследования, которые не оплачиваются государством

«Настёна — обычный, нормальный ребенок, — говорит Наталья. — Если не знать ее диагноза, вы со стороны и не увидите, что она больна». Около года назад в ННПЦ ДГОИ им. Рогачева Настене поставили предварительный диагноз — первичное иммунодефицитное состояние. Диагноз, говорят врачи, требует уточнения. Впрочем, это первый намек на хотя бы какую-то определенность в дурной бесконечности необъяснимых болезней ребенка, в которой оказались дочка и ее мама.

Первичный иммунодефицит представляет собой врожденные нарушения иммунной системы, которые развиваются вследствие генетических нарушений. Заболевание приводит к развитию тяжелых хронических инфекций и воспалительному поражению органов и тканей. Без лечения дети  с первичным иммунодефицитом погибают от различных инфекционных осложнений.

Каждый видит свое

Настя болела с самого рождения всем подряд, а по мере взросления список болезней только увеличивался. С рождения у девочки проблемы с почками — их причину устанавливали очень долго, не говоря уже о бесконечных ОРВИ, отитах и других заболеваниях, сменявших друг друга. Кроме того, Настя перенесла уже пять операций: дважды ей удаляли аденоиды; подрезали, а потом удаляли воспалившиеся гланды — они, по словам врачей, провоцировали хронические отиты; проводили шунтирование барабанных перепонок. После удаления миндалин и встал первый раз вопрос о том, нет ли у девочки иммунодефицита. Четкого ответа никто не давал. «Мы обошли всех возможных врачей, но каждый видел в ней свое: нефролог — почки, кардиолог — проблемы с сердцем, и так далее. А общего диагноза нам никто не ставил», — говорит Наталья.

Настя сидит на диване во время перемены в школеФото: Андрей Любимов для ТД

К этому моменту Настя успела перележать почти во всех московских — и не только — больницах. «Если сложить вместе, то мы год и восемь месяцев пролежали только в стационарах. Плюс всякие обследования, исследования и бесконечные приемы врачей», — говорит Наталья.  По ее словам, к ее дочери постоянно цепляются любые микробы и заразы. Прививки, которые делают всем детям, Настю не защищают, а жаропонижающее не помогает от температуры. Впрочем, Наталья вспоминает, что в раннем детстве Настя, наоборот, часто болела без температуры: «Я приходила в поликлинику, говорила, что мой ребенок болен: плачет и капризничает, а мне велели не придумывать, температуры же нет. Но я ведь вижу, что моей дочери худо!»

«Я говорила, что мой ребенок болен: плачет и капризничает, а мне велели не придумывать, температуры же нет»

Наталье не верили и тогда, когда она рассказывала врачам, что у маленькой Насти слух то пропадает, то появляется: «Мамочка, такого просто не может быть», — говорили белые халаты. Сейчас у девочки двусторонняя тугоухость четвертой степени, Настя ходит в коррекционную школу. В школе у нее к тому же индивидуальное питание — у девочки аллергия на молоко и яйца. Раньше Настя не ела еще и хлеб, но эта непереносимость как появилась, так и пропала. Загадка: когда девочке сделали анализы на аллергены — так называемые пробы — никакой аллергии у нее выявлено не было.

Настя во время урокаФото: Андрей Любимов для ТД

Впрочем, в школе Настя бывает не так много, как хотелось бы: «Неделю ходим, две недели на больничном. В садике было то же самое», — печалится мама. В школу Настя ходить любит: она хорошо учится и любит общаться со сверстниками, несмотря на проблемы со слухом и речью. «Настя хорошо воспринимает: отлично читает по губам, хорошо запоминает картинки. Абсолютно контактная, легко находит общий язык и с детьми, и со взрослыми», — говорит мама. Проблем с общением у девочки не было никогда: с шести лет Настя лежит в больницах, часто одна, без родителей. Два года назад Настин папа, муж Натальи, умер от сердечной недостаточности. Наталья работает одна и больше не может лежать с девочкой в больницах.

Больничный крокет

К бесконечному лечению Настя привыкла. Наталья рассказывает, что дочь ведет себя на всех приемах врача примернейшим образом — не капризничает и не боится иголок. Знает, как — и, главное, зачем — берут кровь на анализ. «Она часто лечит свои игрушки: колет их, как будто берет кровь — знает, где вена», — рассказывает мама. У Насти вообще богатая фантазия, она хорошо рисует и легко придумывает игры для себя и других детей: «Один раз в больнице она с детьми где-то нашла теннисный мяч и предложила веником забивать его между стульев», — вспоминая, как ее дочь изобрела больничный крокет, Наталья улыбается. Также Настя сама нашла на YouTube тематические ролики и занимается дома йогой.

Наталья говорит, что надеется рано или поздно узнать точный диагноз дочери и вылечить ее: «Я делаю все, от меня зависящее, сейчас, но пока мы не знаем диагноз, мы боремся со следствием, а не с причиной». Наталья делает все и даже больше: развивающие игры, массажи, эксперименты с физиотерапией. «Вот сейчас хочу попробовать лечение с помощью звуковых волн, если поможет, будем в этом направлении двигаться», — с воодушевлением рассказывает Наталья, но тяжело вздыхает: манипуляции в рамках аудиовокальной терапии, помогающей в том числе развивать затрудненные слух и речь, делаются в Москве только платно и стоят совсем немалых денег. У Насти уже есть слуховые аппараты — каждый стоит по 120 тысяч, но их, по словам Натальи, никто не может настроить — Насте они почему-то не подходят. Наталья — мать одиночка, в семье у них лишь три человека: Наталья, Настя и мама Натальи. Правда, бабушке уже 70 лет, она пожилой человек, живет далеко за городом и Москву не любит — и потому ее возможности помочь ограничены.

Учительница ведет Настю на обедФото: Андрей Любимов для ТД

На помощь Наталье пришел благотворительный фонд «Подсолнух», который сейчас очень помогает в лечении Насти. «Подсолнух» уже оплатил сложные генетические исследования стоимостью 99 500 рублей, на которые не распространялась пресловутая «квота»: «Я знала, что Насте не сделают это бесплатно. В «Подсолнухе» мне велели не переживать и заплатили», — рассказывает Наталья. Сейчас Наталья ждет результата и надеется на точный ответ. Правда, лаборатория взяла дополнительное время на обработку результатов Насти — настолько непростой у нее оказался случай. «Если будет точный диагноз, возможно, наконец подберут эффективное лечение, и многое уйдет. Возможно, даже все. Возможно, Насте просто суждено стать врачом, — рассуждает Наталья, — ведь так нередко бывает, что, пережив тяжелую болезнь, человек становится прекрасным доктором и продолжает бороться с болезнью уже как врач».

В РОССИИ ПРАВИЛЬНАЯ ПОСТАНОВКА ПЕРВИЧНОГО ИММУНОДЕФИЦИТА ЗАПАЗДЫВАЕТ НА НЕСКОЛЬКО ЛЕТ, ТАК ЧТО В БОЛЬШИНСТВЕ СЛУЧАЕВ ДИАГНОЗ СТАВИТСЯ ПОСМЕРТНО

Для того, чтобы болезнь отступила, а Настя смогла нормально учиться, развиваться и сама выбрать себе профессию, нужны дорогие и высокотехнологичные анализы и индивидуальный план лечения. Она не одна такая: ежегодно в нашей стране рождается около 200 детей с первичным иммунодефицитом. Согласно мировой статистике, в России выявляется только 15% пациентов с таким диагнозом, а его правильная постановка запаздывает на несколько лет, так что в большинстве случаев диагноз ставится посмертно. Несмотря на это, генетические анализы — ни для детей, ни для взрослых — все еще не входят в систему ОМС и не оплачиваются государством. Поддерживать измотанных болезнью ребенка родителей остается только благотворительным фондам.

Настя за партой в своем классеФото: Андрей Любимов для ТД

Фонд «Подсолнух» собирает средства на оплату высокотехнологичных анализов для детей с генетическими нарушениями иммунитета. Чтобы больше детей смогли вовремя узнать свой диагноз, получить шанс на эффективное лечение и долгую жизнь — поддержите фонд «Подсолнух». Оформите ежемесячное пожертвование на любую сумму — 50, 100, 500 рублей, или сделайте разовый взнос. Возможно, именно ваш вклад продлит жизнь Насте или другому ребенку со схожими проблемами.

Сделать пожертвование
Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Хотите, мы будем присылать лучшие тексты «Таких дел» вам на электронную почту? Подпишитесь на нашу еженедельную рассылку!

Всего собрано
2 443 396 907
Текст
0 из 0

Настя смотрит на яблоко во время перемены

Фото: Андрей Любимов для ТД
0 из 0

Настя сидит на диване во время перемены в школе

Фото: Андрей Любимов для ТД
0 из 0

Настя во время урока

Фото: Андрей Любимов для ТД
0 из 0

Учительница ведет Настю на обед

Фото: Андрей Любимов для ТД
0 из 0

Настя за партой в своем классе

Фото: Андрей Любимов для ТД
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: