Фото: Alexey Malgavko/Reuters/Pixstream

Как «Такие дела» работают во вторую волну пандемии

Я захожу в трамвай и надеваю маску. Маска бесит. Прошло уже полгода с начала новой жизни, а я все еще не привыкла к этому ощущению: разом пропадает воздух, тесемки цепляются за сережки, по подбородку елозит плотная ткань.

В апреле я выбирала маски так, чтобы подходили к одежде: скромное развлечение для похода в супермаркет, не дальше двухсот метров от дома, по строгой очередности с домашними, ведь всем тяжело сидеть в четырех стенах. Дети с лицами нежно-зеленого цвета, изнывающие на дистанционке. Родным мы их показывали так: загрузил в машину, привез, отсчитал социальную дистанцию в три метра, кричишь бабушкам: «Не подходи!» Потом уже маски перестала выбирать, просто чередую — закидываю в стирку — надеваю обратно, бесконечная круговерть.

Я говорю детям: прекратите ныть, у нас все хорошо

У нас никто не умер. У нас пока есть работа, дети, вы представляете, у скольких людей ее сейчас нет? У нас все хорошо, просто наденьте маски и идите помойте руки. И еще раз помойте. К маю я сняла кольца с рук, включая обручальное: от бесконечного мытья кожа ранилась и шелушилась.

В ту, первую, волну еще было пространство для того, чтобы считать это все не новой реальностью, а временным мороком. Не было знакомых, которые заболели коронавирусом, у вменяемых людей случались обсуждения в духе «а не выдумка ли вообще все это», мы, «Такие дела», до последнего работали вживую: корреспонденты и фотографы ездили делать материалы, пока все не закрыли окончательно. Я помню, как вышла в самом центре Москвы, на улице Покровке, — и там не было ни одного человека, вообще, только полицейский, вопросительно взглянувший на меня из-под черной маски. Как будто попала в антиутопию и не можешь из нее выбраться.

Сейчас на Покровке людно. Работают бары и рестораны, гуляют люди, младших школьников родители ведут из школы, потому что дистанционка не для всех. Вторая волна невидима, вот только в ленте фейсбука друзья заболевают через одного, многие — умирают. Вот в Москве койки заполнились на две трети, а в Питере их попросту не хватает. Вот в Новосибирске не госпитализируют, вот в Кургане люди спят на полу в больницах. Вот умерших врачей уже никто не может подсчитать точно, потому что они гибнут каждый день. Вот цифра заболевших и умерших от коронавируса каждый день ставит новый рекорд.

Люди устали бояться

Устали соблюдать самоизоляцию, спорить друг с другом о том, когда все это кончится. Если весной еще оставалась надежда, что осенью будет лучше, то сейчас надежд больше нет. Одна огромная усталость и изнуренность.

Очень многие потеряли работу, а многие еще потеряют. Благотворительные фонды захлебываются в потоке просьб о помощи, пытаются сохранить все, что наработали за годы. Мы писали и будем писать об этом, поверьте, ваша помощь сейчас — хоть 50, хоть 100 рублей — любому благотворительному фонду неизмерима.

Наше издание построено на «живых» больших репортажах из самых отдаленных уголков России. Мы рассказывали и показывали жизнь в нашей стране такой, какая она есть. Нам сложно от этого отказываться, и, надеюсь, что мы делаем это не навсегда. Мы заканчиваем все запущенные в работу тексты «на местах» и будем создавать материалы дистанционно — наши авторы станут разговаривать с героями по телефону, а фотографы снимать онлайн. Это очень сложно, правда, гораздо сложнее, чем наша привычная работа, но мы строим издание на том, что человеческая жизнь — главная ценность, и не можем рисковать жизнью и здоровьем героев и корреспондентов. Надеюсь, что вы, наши читатели, примете это.

Мы уже писали про вторую волну коронавируса — а будем писать еще больше. Мы понимаем, что вы устали от этой повестки, — мы тоже устали, но если игнорировать то, что происходит, это все никуда не денется. Мы должны знать.

Наденьте маску. Вымойте руки. Пожалуйста, берегите себя.

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

ПОДДЕРЖАТЬ

Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — «Таких дел». Подписывайтесь!

Читайте также
Всего собрано
2 443 396 907
Текст
0 из 0

Фото: Alexey Malgavko/Reuters/Pixstream
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: