Неля и ее кошмар

Фото: Лиза Жакова для ТД

Из родного Донецка в Петербург Нелю привезли обманом: пообещали работу, а взяли в рабство. Тогда у нее не было дома, документов и никакой надежды, что жизнь наладится. Сейчас эта надежда появилась

«Вот сила была!»

Неля сидит на кухне приюта «Покровской общины» в ярко-красном свитере и задумчиво перебирает пальцами, постоянно трогает лицо и смотрит куда-то сквозь меня и в сторону. Один глаз у нее практически не видит из-за катаракты, есть проблемы и со слухом. На вопросы Неля отвечает после паузы:

«Мать умерла в Харцызске, там и похоронена. Отец снова женился в Донецке, купил машину. Мы сперва с ним ездили там — кино развозили по клубам. Потом он пошел на шахту работать, на Засядько. Работал до самой пенсии, я там училась в школе. Потом на “Точмаш” пошла».

Из-за ранней смерти матери детство Нели не было простым: старшая сводная сестра ее обижала, родные братья не защищали. Но все равно те времена — конец пятидесятых и шестидесятые — самые светлые в жизни, о них она рассказывает охотно, даже смеется своим воспоминаниям.

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Я когда устроилась на “Точмаш” работать, меня как начали пугать, что на станке токарном то волосы закручивает, то руки отрывает, я вообще боялась до станка подойти, еще там штамп этот: бум-бум, — весело говорит Неля. — А потом, когда научилась на токарном станке работать, всё, понеслось… Там болванка — тридцать килограммов, представьте, а я девчонка, только со школы. Я приду домой — отрубаюсь. Меня отец на руках в кровать относил от телевизора, не могла уже. Я не знаю, как я еще на танцах на таких каблуках танцевала после работы? Вот сила была!»

Там же, на «Точмаше» — заводе точного машиностроения — Неля познакомилась с первым мужем, родила дочь. Но через несколько лет брак распался. «Из-за матери его мы разбежались, — кратко объясняет Неля. — Потом второй муж — от него сын у меня родился. Восемнадцать лет прожили».

«То дочка погибла, то сын в тюрьме»

До конца восьмидесятых жизнь Нели была вполне спокойной и упорядоченной: дети росли, с мужем у них были хорошие отношения. Неля работала, как она говорит, «в связи», то есть на почте, — долгие годы разносила письма, гуляла по городу, работа ей очень нравилась.

Стабильность позволяла переносить даже серьезные невзгоды, например ужасный пожар, который уничтожил их дом и чуть было не унес жизнь маленькой тогда еще дочери, она едва успела выбежать из здания на улицу. Дом — со всеми документами и вещами — сгорел дотла, но документы восстановили, а новую жизнь начали в двухкомнатной квартире в другом районе Донецка, выданной государством. Неля устроилась работать на хлебозавод неподалеку. Вскоре начались девяностые. В новом мире жизнь изменилась до неузнаваемости.

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

Трагедией, с которой началась черная полоса, стала смерть дочери в конце девяностых. Девушке только исполнилось восемнадцать, она съехалась со своим первым парнем, и он в пылу ссоры жестоко ее убил. «Какой-то ненормальный, посадили его», — почти шепчет Неля. Но легче от правосудия не стало. И беды посыпались одна за другой.

Через несколько лет сын связался с плохой компанией и оказался на скамье подсудимых, а затем и за решеткой: посадили семнадцатилетнего парня на целых семь лет. Этой трагедии не выдержал муж. Страшно переживая за сына, скоропостижно скончался почти сразу после приговора. Вслед за ним ушли и родители мужа, вместе с которыми семья жила в квартире. Неля осталась совершенно одна.

«Сын в тюрьму попал в 2003-м, — говорит Неля, глядя в никуда. — Потом, в общем, братва какая-то… наехала. Я думала: лучше квартиру отдам — за сына боялась. Очень боялась».

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Черные риелторы» заставили Нелю отписать им квартиру и выгнали ее на улицу. Некоторое время женщина жила в каптерке на стадионе, где работала уборщицей, а когда сын вышел из заключения, поселилась с ним в съемной квартире. Но вскоре молодой человек женился. «Невестка придиралась чего-то все время, — рассказывает Неля. — Если у нее борщ скиснет, я виновата, а меня целый день и дома не было. То не так, это не так… Я от них уехала».

«Как в рабстве работала»

Всю жизнь Неля много и тяжело работала и не привыкла просить помощи у людей. Поэтому, вновь оказавшись без крыши над головой, не стала обращаться к родным старшим братьям, которые теоретически могли ее как-то поддержать, а решила, что разберется сама. Главное — найти хорошую работу, пенсии на достойную жизнь и аренду жилья категорически не хватало.

«Я на вокзале железнодорожном на остановке сидела, подошли цыгане, меня спросили: “Не хочешь заработать? За детьми будешь смотреть” — что-то такое», — говорит Неля. На странное предложение она согласилась, настолько отчаянной была ситуация. К тому же новые знакомые обещали совершенно бесплатно перевезти ее в Петербург, где Неля рассчитывала заработать денег на съем жилья, получать украинскую пенсию.

Все пошло наперекосяк с самого начала. Вместо Петербурга ее и других согласившихся — в основном людей с тяжелой инвалидностью без рук и ног — привезли в Краматорск и заставили попрошайничать на вокзале. Все деньги у Нели и ее коллег, естественно, отбирали, тщательно обыскивая каждый вечер. На руки она не получала ничего, платой за своеобразный труд было место в переполненной квартире и скудная еда. «Как в рабстве работала», — вспоминает Неля то время.

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Цыгане» вскоре действительно перевезли Нелю и еще несколько человек в Петербург, точкой их работы стал Московский вокзал — самый оживленный и многолюдный в городе. Схема здесь оказалась прежней: Неля попрошайничала на вокзале, деньги отдавала «цыганам», которые сняли для своих рабов трехкомнатную квартиру неподалеку. Примерно в то время у Нели украли сумку со всеми документами, а с нею — и возможность вернуться домой. Да и дома у нее уже не было.

В рабстве Неля провела около года, но потом все-таки сбежала. Жила на улице, потом в работном доме, где получала 500 рублей в неделю за уборку помещений, потом снова на улице. Бродяжничала, но всегда находила способ хоть немного заработать и, несмотря на тяжелейшие условия жизни, никогда не пила, старалась следить за собой. Вернуться на родину или выйти на связь с родственниками не пыталась.

«Уже смысла не было туда ехать, ну поеду я, а где я там буду жить? К родственникам сунусь? У них свои семьи, — говорит Неля. — А теперь что я поеду? Там война. Люди оттуда бегут».

«Неля в безопасности»

Жизнь на улице серьезно отразилась на здоровье Нели: спать на вокзалах и плохо питаться — не лучшее занятие для женщины семидесяти лет. Вместе с подругой Неля хотела устроиться на очередную работу и переехать в хостел, но попасть туда без документов не смогла.

Счастливый случай подвернулся два года назад: Неля разговорилась на вокзале с приятной молодой женщиной — Анастасией — и рассказала ей обо всех своих злоключениях. Анастасия раньше работала в «Покровской общине» — благотворительной организации, помогающей пожилым и людям с инвалидностью, оказавшимся на улице, поэтому не понаслышке знала о проблемах бездомных.

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

Девушка предложила Неле переехать в ее пустующую комнату в коммуналке и стала бескорыстно ей помогать. Правда, на то, чтобы заняться восстановлением документов или выйти на родственников Нели, у Анастасии не хватало времени и сил, но кров и пропитание стали огромной поддержкой.

В коммуналке Неля прожила около полутора лет и жила бы дальше, но из-за привычки к уличному быту и забывчивости несколько раз затопила квартиру снизу — в общем, стала источником проблем. Соседи попросили Анастасию поискать для Нели новый дом. Тогда девушка обратилась к бывшим коллегам — в «Покровскую общину». И как только освободилось подходящее место в приюте, Неля переехала.

Здесь она живет в комфортной женской комнате. В общине можно не думать о еде и крыше над головой, общаться с другими постояльцами, гулять и заниматься любимым делом. Для Нели это рисование, которое она обожает еще с юности.

Еще Неля получила недоступную ей прежде медицинскую помощь — в общине ее осматривает и консультирует Святой Евгеньич — знаменитый питерский врач, который помогает бездомным. Он выписал лекарства, которые купила «Покровская община», теперь Неля чувствует себя получше, хотя ноги плохо ходят до сих пор — сказываются годы жизни на улице.

Постепенно идет работа и над документами, без которых Неля не сможет получать пенсию или плановое лечение. Но с этим вопросом все пока очень сложно — добиться хоть какой-то официальной информации из Донецка сейчас нельзя. Есть небольшая надежда, что Неля попадет в программу помощи беженцам. Хотя и это неточно — в Россию она приехала еще в 2011 году, задолго до нынешних событий.

«Восстановить документы сейчас практически нереально, еще буквально несколько лет назад был какой-то шанс, сейчас все изменилось, конечно, — говорит социальный работник “Покровской общины” Евгения Кипитинская. — Но, по крайней мере, сейчас Неля в безопасности, и, пока она живет в приюте, мы что-нибудь придумаем».

Неля Сладкомедова
Фото: Лиза Жакова для ТД

«Покровская община» ежегодно помогает вернуться к достойной жизни десяткам людей, которым больше не на кого надеяться: предоставляет кров и пищу, помогает пройти лечение и восстановить утраченные документы, устраивает в дома престарелых и другие государственные учреждения. Но сейчас помощь нужна самой «Покровской общине». Многие ее сотрудники работают всего на треть ставки, а остальное время проводят в приюте как волонтеры, но даже при таком подходе средств не хватает.

Пожалуйста, пожертвуйте немного денег «Покровской общине»! Уже тридцать лет она помогает людям, с которыми жизнь обошлась особенно жестоко. Эти средства пойдут на оплату труда психолога, повара, социальных работников и других сотрудников организации, без которых комплексная помощь бездомным просто невозможна. Спасибо вам!

Спасибо, что дочитали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Помочь нам
Все репортажи

Читайте также

Загрузить ещё

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0

Неля Сладкомедова

Фото: Лиза Жакова для ТД
0 из 0
Спасибо, что долистали до конца!

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

Поддержать
0 из 0
Листайте фотографии
с помощью жеста смахивания
влево-вправо

Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких дел»

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: